Олимпийский чемпион Александр Тихонов назвал год, когда, по его мнению, завершится специальная военная операция, и связал это с будущим российского спорта. Легендарный советский биатлонист, четырёхкратный олимпийский чемпион и 11-кратный чемпион мира уверен, что перелом для отечественного спорта наступит после 2026 года.
По словам Тихонова, именно к этому времени, как он предполагает, специальная военная операция России на Украине подойдет к концу. Он убеждён, что после этого у страны появятся новые возможности для развития спортивной системы и полноценного возвращения на международную арену.
«В 2026 году закончится СВО и руки будут развязаны: мы посмотрим, кто на что способен. Мы давно не соревновались. Не сомневаюсь, что Россия в спорте при правильном отношении и профессионализме составит конкуренцию во всех видах. Так было всегда. Подъем российского спорта неизбежен!» — заявил Тихонов.
Бывший биатлонист подчёркивает, что Россия традиционно демонстрировала высокий уровень в самых разных дисциплинах — от зимних видов до летних олимпийских программ. На его взгляд, временная изоляция и ограничения не смогут перечеркнуть потенциал спортсменов и тренерских школ, который накапливался десятилетиями.
Контекст его слов особенно значим на фоне подготовки к зимним Олимпийским играм 2026 года, которые пройдут в Италии. Международные спортивные организации уже обозначили своё видение участия российских атлетов в этих соревнованиях. Президент Международного олимпийского комитета Кирсти Ковентри заявила, что российские спортсмены смогут выступить на Играх только в нейтральном статусе. При этом было отдельно оговорено: такой формат сохранится даже в том случае, если к 2026 году между Россией и Украиной будет достигнуто мирное соглашение.
Таким образом, даже в случае завершения конфликта, о котором говорит Тихонов, мгновенного возвращения к прежним правилам участия в Олимпиадах ожидать не приходится. Международный спорт уже выстроил новую систему допусков и ограничений, и её пересмотр, как показывают заявления функционеров, может занять время.
Тем не менее Тихонов делает акцент не на политической стороне вопроса, а на спортивной составляющей. Он уверен, что условия, в которых российские спортсмены оказались в последние годы, могут стать и стимулом для внутреннего обновления системы: пересмотра подготовки резервов, развития детско-юношеских школ, углубления научного подхода к тренировкам и медицинскому сопровождению.
По мнению титулованного биатлониста, после 2026 года Россия будет стремиться не просто вернуть прежние позиции, но и значительно усилить своё влияние в мировом спорте. Он убеждён, что в стране достаточно тренерских кадров, методик и талантливой молодежи, чтобы успешно конкурировать в биатлоне, лыжных гонках, фигурном катании, единоборствах, игровых видах спорта и лёгкой атлетике.
Отдельная тема — психологическое состояние спортсменов. Долгое отсутствие полноценных международных стартов, ограниченный доступ к крупнейшим турнирам, постоянные дискуссии о статусе российских атлетов — всё это не могло не сказаться на мотивации и настрое. Тихонов фактически обращает внимание на то, что завершение СВО, по его мнению, станет не только политическим рубежом, но и моментом эмоциональной разрядки для всего спортивного сообщества страны.
Эксперты уже сейчас обсуждают, каким может быть российский спорт к середине следующего десятилетия. Одна из ключевых задач — сохранить и развить поколение нынешних молодых спортсменов, которые проходят пик карьеры в условиях ограничений. Для этого важны внутренние чемпионаты высокого уровня, создание альтернативных международных турниров, а также поддержка тренеров и специалистов, чтобы они не покидали профессию.
Не менее важен вопрос инфраструктуры. За последние годы в России было построено множество современных спортивных объектов, биатлонных комплексов, ледовых арен, манежей. От того, насколько эффективно они будут использоваться в ближайшие годы, зависит и будущий «подъём», о котором говорит Тихонов. Спортивные базы способны стать центрами притяжения не только для профессионалов, но и для массового спорта, что со временем расширит кадровый резерв национальных сборных.
Нельзя сбрасывать со счетов и технологический прогресс. Современный спорт — это не только талант и трудолюбие атлета, но и высокоточная экипировка, аналитика, биомеханика, физиология, цифровые системы мониторинга нагрузок. Если после 2026 года России удастся наладить более активное сотрудничество с международным научно-спортивным сообществом и производителями экипировки, это станет серьёзным подспорьем для возвращения на вершины пьедесталов.
Отдельный пласт — репутация. Даже при формальном допуске на старты ещё предстоит пройти этап восстановления доверия, переосмысления антидопинговой политики и подтверждения того, что российские результаты опираются на чистый спорт. В этом контексте слова Тихонова о «правильном отношении и профессионализме» можно трактовать шире: речь не только о подготовке, но и о прозрачных правилах игры внутри самой системы.
Важную роль будет играть и смена поколений руководителей спорта. Новые управленцы, готовые работать в долгую, выстраивать отношения с международными федерациями, вести конструктивный диалог и при этом отстаивать интересы отечественных спортсменов, могут во многом определить, насколько быстро и успешно произойдёт тот «подъём», который олимпийский чемпион называет неизбежным.
Наконец, нельзя забывать о значении примеров и авторитетов. Фигуры масштаба Тихонова для многих молодых спортсменов остаются ориентиром. Когда люди такого уровня говорят о вере в будущее спорта и о возможности нового витка развития, это задаёт определённый тон дискуссии внутри спортивного сообщества и формирует ожидания болельщиков.
Таким образом, прогноз Александра Тихонова о завершении СВО в 2026 году для него тесно связан не только с политическим, но и со спортивным измерением. Он видит в этом временном рубеже точку, после которой российский спорт сможет начать движение к новой фазе — от режима ограничений к этапу восстановления и, как он уверен, неизбежного роста.