Итальянский фигурист Кори Чирчелли не скрывает: окончание дисквалификации Камилы Валиевой он ждал так же, как католического Рождества. Для него возвращение российской звезды — не просто спортивная новость, а событие, которое меняет атмосферу во всём фигурном катании.
25 декабря для Камилы завершился четырехлетний бан. За время вынужденной паузы она сменила тренерский штаб и теперь открыто заявляет: намерена вернуться на топ-уровень. И, как показывает реакция, её ждут не только в России. Под её постом о возвращении одним из первых и самых эмоциональных комментариев на русском отметился один из сильнейших фигуристов Италии — Кори Чирчелли.
Он вспоминает, что любовь к катанию Валиевой появилась задолго до её взросленных успехов:
— Кажется, здесь даже не нужно ничего объяснять. Для меня Камила была и остаётся величайшей фигуристкой в истории женского одиночного катания. Я помню её ещё по юниорским стартам. Тогда о ней говорили буквально в каждой стране. Мне рассказывали о невероятной девочке, которая делает то, что никто не может повторить. С тех пор я постоянно следил за её карьерой.
По словам Кори, реальность превзошла ожидания:
— Мои надежды оправдались полностью. Иногда её катание казалось нереальным, как будто это какая-то компьютерная графика. Настолько всё было близко к идеалу, что мозг отказывался верить. Для меня Камила — настоящий ангел из мира фигурного катания. И я до сих пор злюсь, когда вспоминаю, что с ней произошло на Олимпиаде в Пекине.
О том дне он помнит всё до мелочей:
— Тогда я жил в Северной Америке. Мы с другом сидели в кофейне, когда новость разлетелась по всем каналам. Передачи прерывались, в новостях, спортивных шоу — везде обсуждали только её. Было ощущение, что мир остановился, а суперзвезду вдруг превратили в главного злодея.
Реакция самого Кори была смесью шока и бессилия:
— Это было ужасно. Я не мог понять, как можно так обращаться с 15-летней девочкой. Особенно поразило, что Камила не сказала ни одного плохого слова о людях, которые поливали её грязью. Она держалась с невероятным достоинством, и за это я уважаю её ещё больше.
Чирчелли признаётся: долгое время он сомневался, что Валиева вообще вернётся на лёд на прежнем уровне.
— У меня были большие сомнения. Уже было много историй, когда великие спортсмены из России говорили о возвращении, но в итоге это оказывалось невозможным. Давление, возраст, психология — всё играет роль. Но Камила, похоже, действительно настроена бороться за самый верх. Это очень вдохновляющая история. Я уверен, что однажды о её карьере снимут фильм или напишут книгу. И тиражи такой книги точно будут исчисляться миллионами.
Лично они пересекались всего однажды — но для Кори это воспоминание особенное:
— Мы виделись в Куршевеле. Мне было 16, ей 13. Не знаю, помнит ли она эту встречу, но я — точно да. У меня до сих пор сохранилась фотография. Тогда она уже была маленькой звездой, а я смотрел на неё с восхищением.
После этого их «общение» продолжилось в основном через соцсети:
— Я писал ей много раз, но скорее как фанат, а не как друг. Последний раз — несколько месяцев назад. Я выложил видео одного из своих прыжков и отметил её, потому что учился четверным по её технике. Она для меня — эталон.
Когда Валиева выложила пост о возвращении, Кори оказался в числе первых, кто оставил комментарий на русском. И не остался без ответа:
— Честно, когда увидел, что она лайкнула мой комментарий, даже не знал, что сказать. Это был такой маленький, но очень приятный момент. Порадовался, что она увидела и отреагировала. Я надеялся, что многие фигуристы её поздравят, но в день Рождества у всех своя жизнь, свои планы.
Среди тех, кто особенно ждал эту дату, был и близкий друг Кори — итальянец Николай Мемола.
— Мы с Николаем обсуждали возвращение Камилы месяцами. Для нас 25 декабря стало двойным Рождеством. Сам праздник и разбан Камилы — события одного масштаба по эмоциям. Мы шутили, что нам как будто подарили дополнительный праздник.
В Италии, по словам Чирчелли, атмосфера такая же — ожидание и любопытство:
— Здесь все спрашивают: «Когда мы снова увидим её на соревнованиях?» Женское одиночное катание в последние годы развивалось куда медленнее, чем могло бы. Многие хотели бы, чтобы Камила снова вернулась на международный уровень. И почти все в шоке, что прошло уже четыре года. Кажется, будто всё это было вчера. Время летит слишком быстро.
Кори уверен, что Валиева способна снова стать мировой звездой — даже с изменившимися правилами и возрастным цензом:
— Я абсолютно в это верю. С новым возрастным порогом эра того женского катания, которое мы видели у Трусовой, Щербаковой и Валиевой, с множеством четверных в одной программе, уйдёт в основном в юниоры. Сейчас у взрослых девочек лидеры прыгают минимум четверных. Но на шоу все видели, что с тройными у Камилы всё идеально. Они до сих пор лучше, чем у остальных.
На вопрос о возможности возвращения четверных Кори отвечает осторожно, но с надеждой:
— Думаю, если сама захочет, она может вернуть хотя бы четверной тулуп. С акселем и сальховом сложнее: надо понимать, как тело отреагирует в более взрослом возрасте, какие будут нагрузки, травмы. Но даже если она ограничится тройными, всё равно способна выигрывать. Алиса Лю же брала крупные титулы с программами без обилия четверных. Камиле достаточно своего скольжения, хореографии, качества прыжков и харизмы. Я от души желаю ей удачи на этом пути.
При этом интерес Чирчелли к российскому фигурному катанию не ограничивается одной Валиевой:
— Я действительно стараюсь следить за всеми вашими турнирами. Недавно внимательно смотрел чемпионат России. Забавно, что он проходил одновременно с чемпионатом Италии. Мы после прокатов сидели в раздевалке с Даниэлем Грасслем и Маттео Риццо и смотрели выступления россиян на телефонах. Можно сказать, устроили себе второй турнир прямо за кулисами.
Он признаётся, что российская школа остаётся для него ориентиром:
— Для меня российское фигурное катание — это всегда про максимальную сложность и артистизм. Вы задавали стандарты целое десятилетие, особенно в женском одиночном. Я внимательно смотрел на Плющенко, Ягудина, потом на новое поколение — Медведеву, Загитову, Щербакову, Трусову, конечно, Валиеву. У меня до сих пор много элементов в программах построены с оглядкой на российскую технику.
Имя Евгения Плющенко в разговорах с Кори всплывает отдельно:
— Плющенко для меня был первым кумиром. Я пересматривал его прокаты до дыр. Он вообще изменил то, как я воспринимаю мужское одиночное катание. Сочетание мужской силы, характерного стиля и сложнейших прыжков — это то, к чему я сам стремлюсь. Его олимпийские программы я знаю почти наизусть.
Отдельная тема — будущая Олимпиада в Милане. Для итальянца это особый мотиватор:
— Возможность выступить на Играх в своей стране — мечта любого спортсмена. Я часто представляю, какой будет атмосфера, если допуск российских фигуристов восстановят, и вдруг на лёд в Милане выйдет, например, та же Камила. Это был бы невероятный сюжет для всего вида спорта. Но даже если этого не случится, Олимпиада в Милане может стать поворотной точкой — и для итальянской, и для мировой школы фигурного катания.
Чирчелли уверен: история Валиевой уже сейчас выходит за рамки чисто спортивного кейса и становится частью более широкого разговора о справедливости и отношении к юным спортсменам:
— Для меня самое главное в этой истории — не только то, что она умеет четверные или скользит как никто. Важно, как она выдержала всю эту ситуацию. Много взрослых мужчин не справились бы с таким давлением, а она выдержала и не сломалась. Это пример того, как надо бороться за себя тихо, без истерик, оставаясь верным своему делу.
Он считает, что возвращение Валиевой может повлиять на целое поколение юных фигуристов — и в России, и за её пределами:
— Уже сейчас тренеры показывают её старые прокаты детям и говорят: «Смотрите, как надо сочетать технику и пластичность». А если она удачно вернётся, дети увидят ещё и другую сторону: что после невероятного удара тоже можно подняться и снова кататься на вершине. Это очень сильный посыл.
При этом Кори реалистично оценивает и давление, которое вновь обрушится на Камилу:
— Нужно понимать: как только она выйдет на международный лёд, всё вернётся — камеры, заголовки, споры. Возможно, ещё жёстче, чем раньше. Но сейчас она уже не ребёнок. У неё есть опыт, новый тренерский штаб, другая внутренняя опора. Главное — чтобы вокруг неё действительно была команда, которая будет защищать её, а не использовать.
Говоря о будущем женского катания, Чирчелли подчёркивает: даже без каскада «мультиквадов» спорт не станет менее зрелищным.
— Сейчас будет больше цениться именно качество: как человек скользит, как он чувствует музыку, как соединяет элементы. В этом смысле возвращение Камилы — подарок для тех, кто скучает по гармонии между техникой и искусством. Она из тех, кто может одним выходом на лёд напомнить, зачем мы вообще любим фигурное катание.
В финале беседы Кори признаётся, что сам ждёт первого старта Валиевой, как особого дня:
— Я не знаю, когда именно она вернётся на международные турниры. Но в календаре у меня mentally уже стоит галочка: «тот день, когда Камила снова выйдет на лёд». Для меня это будет как ещё одно маленькое Рождество. Потому что вместе с ней возвращается целый пласт красоты, который фигурное катание потеряло на несколько лет. И очень хочется верить, что теперь у этой истории будет совсем другой финал.